Анализ к стихотворению «Элегия» Батюшкова Константина Николаевича

Анализ к стихотворению «Элегия» Батюшкова Константина Николаевича

  • Попытаемся подобрать пути анализа к элегии К. Н. Батюшкова «Есть наслаждение и в дикости лесов…» , рекомендованной для чтения, изучения и анализа на уроках литературы в 10 классе Программой литературного образования и развития, выполненной под редакцией В. Г. Маранцмана. [Программа по литературе для старшей школы / Под ред. В. Г. Маранцмана. СПб. , 1998.] Как известно, элегия печатается в двух редакциях, поэтому прежде всего необходимо выбрать текст для анализа. Интересна полемика по поводу двух редакций элегии между Н. И. Харджиевым [Харджиев Н. И. «Есть наслаждение и в дикости лесов… » // Литературная газета. 1992. 23 сентября. С. 6.] и В. Э. Вацуро. [Вацуро В. Э. Последняя элегия Батюшкова: К истории текста // Записки комментатора. СПб. , 1994. С. 150-166.] В начале своей статьи «Есть наслаждение и в дикости лесов… » Н. И. Харджиев напоминает своим читателям о том, что впервые двенадцатистрочное стихотворение Батюшкова (вольный перевод 178-й строфы IV песни «Странствований Чайльд-Гарольда» Байрона) было опубликовано в «Северных цветах на 1828 год» без ведома автора, так как в это время неизлечимо больной поэт после длительного пребывания в психиатрической лечебнице за границей жил под присмотром родственников: его литературная деятельность прекратилась в 1821 году. Опубликованный текст выглядел так: Есть наслаждение и в дикости лесов, Есть радость на приморском бреге, И есть гармония в сем говоре валов, Дробящихся в пустынном беге. Я ближнего люблю, но ты, природа-мать, Для сердца ты всего дороже! С тобой, владычица, привык я забывать И то, чем был, как был моложе, И то, чем ныне стал под холодом годов. Тобою в чувствах оживаю: Их выразить душа не знает стройных слов И как молчать об них — не знаю. [Текст печатается по изданию: Батюшков К. Н. Поли. собр. стихотворений. М; Л. , 1964. С. 37. Следует отметить, что в тексте, приводимом в статье В. Э. Вацуро, после 11 строки стоит запятая, в последней строке после слова «них» — также запятая, а не тире; в тексте, приводимом в статье Н. И. Харджиева, нет никакого знака препинания после 11 строки, но после слова «них» стоит запятая. ] Далее Н. И. Харджиев говорит о том, что почти через 30 лет после выхода «Северных цветов» , в 1857 году, М. Лонгинов опубликовал в «Современнике» переведенное Батюшковым начало следующей, 179-й, строфы поэмы Байрона: Шуми же ты, шуми, огромный океан! Развалины на прахе строит Минутный человек, сей суетный тиран, Но море чем себе присвоит? [Текст печатается по названному изданию. С. 318. В тексте, приводимом в статье В. Э. Вацуро, последняя строка данного четверостишия выглядит следующим образом: «Но море — чем себе присвоит? » Однако в тексте, приводимом В. Э. Вацуро в аналогичной статье, но опубликованной в журнале «Русская речь» на год раньше (1993. № 2), в последней строке тире отсутствует. Нет тире и в последней строке текста, приводимого в статье Н. И. Харджиева. ] Исследователь привлекает внимание читателей к краткому комментарию Лонгинова, в котором сказано, что эти четыре строки — продолжение «длинного» стихотворения Батюшкова, сохранившегося в памяти его друзей. Те же четыре строки действительно есть в тексте, который был записан П. А. Вяземским и впервые напечатан в IX томе Полного собрания его сочинений (1884). [Н. И. Харджиев считает, что текст был записан П. А. Вяземским в 1825 году, В. Э. Вацуро — в 1826.] За этими строками в списке П. А. Вяземского следует еще одна — «Трудися; созидай громады кораблей…» , являющаяся, по замечанию Н. И. Харджиева, начальной строкой недописанной стихотворной фразы. [Есть разночтения в постановке знаков препинания и в этой строке: в издании Н. В. Фридмана после слова «трудися» стоит точка с запятой, в статье В. Э. Вацуро в журнальном варианте — запятая, в «Записках комментатора» — точка